Иудеи александрийские хотя и имели канон неотличный от канона палестинских иудеев, но они пользовались не еврейской Библией, а переводом LXX, в котором в отношении священных книг существовала некоторая особенность. В этом переводе, еще до Рождества Христова, присоединено было, в виде прибавления, к каноническим книгам несколько неканонических книг или частей книг; те и другие составляли обыкновенно один кодекс греческой Библии LXX. Книги неканонические находятся здесь в числе семи и суть следующие: Товит, Иудифь, Премудрость Соломона, Иисус сын Сирахов, Варух, две книги Маккавейские; неканоническими частями у LXX считаются: семь последних глав Есфири, X, 4 — XVI, молитва Азарии и песнь трех отроков в пещи Вавилонской, Дан. III, 24-90, история Сусанны и история Вила и дракона, Дан. XIII и XIV. Все эти неканонические писания существуют лишь на греческом языке.

О том значении, какое имели у иудеев неканонические книги, как нельзя лучше можно видеть из свидетельства Иосифа Флавия. Этот ученый иудейский священник (живший в I веке по Р. X.), сказав, что у евреев 22 книги почитаются божественными, именно те, которые написаны в период от Моисея до персидского царя Артаксеркса, прибавляет: «впрочем, и все, случившееся с царствования Артаксеркса до наших дней, также заключено в письмена, но эти писания уже не пользуются таким уважением (pistewV de ouc omoiaV hxiwtai), какпрежде упомянутые, потому что прекратилось преемство пророков (dia to mh genesqai thn tvnprojhtvnakribhdiadochn)»2). Из слов Флавия, таким образом, видно, что неканонические книги далеко не пользовались у иудеев таким уважением, как книги канонические, видно также, почему первые не имели одинакового значения с последними, потому что они написаны уже были в последние 400 лет пред Р. X., когда не стало у иудеев пророков и когда канон священных ветхозаветных книг получил окончательное образование от рук Ездры и последних пророков, живших в царствование Артаксеркса. Итак, иудеи смотрели на неканонические книги не как на составную часть богодухновенного Писания, а лишь как на простое назидательно-полезное прибавление к богодухновенному Писанию. Этот взгляд иудейской Церкви, которой, по выражению ап. Павла, вверено слово Божие (Рим. III, 2), перешел потом и в христианскую Церковь.