Стремление к власти (и на языке каббалы: мысль и воля – быть царем ) – это самый яркий признак света Хаоса. В этом желание сокрыта огромная мощь – все творение мира проистекает из мысли о царстве Вс-вышнего, ради которой Он решил выйти из себя и сотворить мир, над которым он будет царствовать (ибо, как известно, нет царя без народа ). Когда желание царствовать появляется в человеке – есть в нем опасное измерение мира Хаоса: смерть царей мира Хаоса – которая является корнем всякого кризиса и ломки в мире – произошла, как следствие их самовозвышения и желания царствовать. Огромное и неисправленное желание царствовать появляется у того, у кого не хватает сосудов, чтобы реализовать его – ибо он не способен руководить делами целого народа, и нет у него достаточной силы нести ответственность – приводит к кризису и ломке

В любом рейтинге самых влиятельных в истории евреев Иисус из Назарета займет одно из первых мест. При тщательном, объективном и чисто логическом изучении истории истинное воздействие его этоса должно быть признано, однако, менее сильным, нежели идеал Моисея. Установленные Моисеем обычаи выделили еврейский народ и стали основой трех великих монотеистических религий — иудаизма, христианства и ислама.

Любой иудей, христианин или мусульманин не может не признать, что многие заветы Иисуса содержат неотъемлемые истины и показывают высочайшие нормы нравственного поведения

*Мила (от корня моль глагола ламу ль — обрезывать) — обрезание, совершаемое специалистом (могелем) по закону Торы в знак завета между Б-гом Израиля и потомством Авраама (евреями).

Я Б-г Всемогущий, ходи передо Мною и будь непорочен..

20 тевета по еврейскому календарю – день памяти великого мудреца XII века Рабейну Моше бен Маймона (сокращённо Рамбама).

Если взять энциклопедию и заглянуть в биографии великих людей, живших тысячелетие назад, невольно бросается в глаза повторяющаяся неточность начала их жизни. Примерный год, предположительная точка на карте. История не сохранила точных дат, и в этом нет ничего удивительного: в ту пору не существовало метрик, а таланты гениев далекого прошлого, поднимавшихся из безвестности, получали, как правило, посмертную оценку